Фамилия Оксуз — редкий случай, когда основа слова не славянская, а тюркская, и при этом фамилия оформлена по русской модели без суффикса. Обычно иноязычные корни обрастали типовыми окончаниями -ов или -ин, но здесь фамилия застыла в чистом виде, как прозвище.

Слово «оксуз» в тюркских языках (крымскотатарском, турецком, кумыкском) означает «сирота» или «бедняк, не имеющий родни». Это не имя, а социальная характеристика — так могли прозвать человека, оставшегося без родителей или пришлого, оторванного от рода. В среде казачества и южнорусских крестьян, где было много контактов с тюркским населением, такие прозвища нередко становились фамилиями: их давали по внешнему признаку, по обстоятельствам жизни или по занятию. Прозвище Сирота в русской среде тоже бытовало, но Оксуз — вариант, вынесенный из иной языковой среды.

Географически фамилия тяготеет к югу России: её фиксируют в документах Ростовской области, Краснодарского края, а также в среде кубанских и терских казаков, где тюркские заимствования в быту и фамилиях — норма. Встречается она и у крымских татар, но там скорее как исходное прозвище, а не фамилия в русском понимании. В некоторых случаях Оксуз могло быть прозвищем, данным ребёнку, которого взяли на воспитание из бедной семьи, — как напоминание о его происхождении.

Словообразовательная модель здесь проста: основа без суффикса. Это характерно для поздних фамилий, которые закрепились в XIX веке при переписях, когда писарь записывал прозвище так, как его слышал. Ударение, скорее всего, падает на второй слог — ОксУз, как в тюркском оригинале.

Редкость фамилии Оксуз объясняется не только её узким ареалом, но и тем, что прозвище с негативным оттенком (сирота, бедняк) могло не приживаться как наследственное имя. Тем не менее, носители фамилии есть, и их семейная история, вероятно, связана с южнорусскими степями, где смешивались русские, украинские и тюркские роды.