Фамилия Ослоповы ведет начало от прозвища Ослоп, которое в старину звучало вовсе не оскорбительно. В «Толковом словаре живого великорусского языка» Владимира Даля «ослоп» — это «жердь, рычаг, стяг, дубина». Речь идет о тяжелом бревне или шесте, который использовали в хозяйстве и в обороне. Потомки человека с таким прозвищем со временем получили фамилию Ослоповы, что типично для русского именования: прозвище отца переходило к детям как указание на род.

Что именно делал первый Ослоп, сказать сложно. Скорее всего, он был плотником или столяром: жердь и дубина — инструменты грубой работы, но без них не обходилась ни одна стройка. Однако у слова есть и переносный смысл. Высокого, нескладного и худощавого человека в деревне тоже могли дразнить Ослопом — за сходство с длинным шестом. Обе версии правдоподобны, и обе говорят о конкретном человеке, чья внешность или занятие запомнились соседям.

Любопытно, что в древнерусских дружинах ослопом называли палицу — тяжелую дубину с окованным концом. Если предок Ослоповых был ратником или сторожем, прозвище могло закрепиться за ним как боевое. Но эта версия менее вероятна: в мирной крестьянской среде слово чаще относилось к орудию труда, чем к оружию.

Сам тип фамилии на -ов указывает на патронимическую модель: Ослопов — это «сын Ослопа». Такая форма сложилась в центральной России не ранее XVI–XVII веков, когда фамилии начали закрепляться за крестьянскими и посадскими родами. Точно определить место и время возникновения фамилии Ослоповых сейчас невозможно — процесс шел постепенно и без письменной фиксации.

Важно не путать эту фамилию с однокоренными, но иными по смыслу: Ослоповцев, Ослоповских или Ослопенко. В них тот же корень, но разные суффиксы указывают на разные регионы и пути образования. Сами же Ослоповы — редкий пример того, как грубоватое на вид слово сохранило память о ремесле или облике далекого предка, не став при этом обидным прозвищем для потомков.