Фамилия Панасюра звучит как отголосок тех мест, где украинские и белорусские говоры встречаются с польским влиянием. Её основа — производная форма крестильного имени Афанасий, которое греки переводили как «бессмертный». В западных регионах Украины и Белоруссии это имя издавна сокращали до простого и звонкого «Панас», и именно эта народная форма, а не книжный полный вариант, легла в основу фамилии.

Словообразовательная модель здесь прозрачна и архаична: фамилию создали с помощью древнего суффикса -юра, который в старину указывал на отчество. То есть Панасюра буквально означал «сын Панаса», как, скажем, Ивасюра — «сын Ивася». Со временем суффикс утратил прямое значение родства и превратился в чисто фамильный маркер, но сохранил колорит той эпохи, когда фамилии только начинали закрепляться за семьями.

Интересно, что сам Афанасий в церковной традиции — имя не простое. Под этим именем известен, например, сподвижник преподобного Никиты, скончавшийся около 814 года. Но для понимания фамилии это скорее исторический фон: в народе имя жило своей жизнью, порождая десятки уменьшительных форм, и Панас оказался одной из самых устойчивых.

Стоит заметить, что фамилии на -юра встречаются реже, чем привычные -енко или -ук, и это сразу выделяет Панасюру из общего ряда. Такая модель характерна для Подолья, Волыни и прилегающих земель, где польская ономастическая традиция смешивалась с местной. Поэтому носитель фамилии с высокой вероятностью имеет предков именно из тех краёв, где имя Панас было обычным делом.

Впрочем, в самой фамилии нет ни указания на сословие, ни намёка на ремесло — чистое отчество, которое со временем стало родовым прозванием. И хотя сегодня суффикс -юра уже не воспринимается как «сын», в нём застыла память о том, как называли человека по отцу несколько веков назад.