Фамилия Парадовский звучит по-военному четко, и это не случайно. В основе большинства таких фамилий лежит прозвище Парад, которое в старину означало «торжественный смотр войск». Логично предположить, что предок Парадовских мог быть военным — либо участником парадов, либо человеком, ответственным за их проведение, либо просто щеголем, любившим покрасоваться на публике. Впрочем, есть и другая, не менее интересная версия, уводящая нас в семинарскую среду.

Второй вариант происхождения — искусственный. Такие фамилии массово создавались в духовных училищах и семинариях. Происходило это по нескольким причинам. Иногда у будущего священника к моменту поступления просто не было закрепленной фамилии, и ее приходилось придумывать для документов. Часто естественно сложившуюся фамилию меняли, если она звучала неподобающе для сана — как Пьянов или Разгуляев. Бывало, что наставники хотели поощрить одаренного ученика красивым именованием, а иногда — наказать нерадивого, выдав ему фамилию с негативным оттенком.

Семинарская версия для Парадовского выглядит даже правдоподобнее военной. В начале XX века похожую практику применяли и в армии: бесфамильным новобранцам нередко присваивали фамилии, образованные от военных понятий. Так что круг замыкается: и в церковной, и в военной среде слово «парад» звучало уместно и красиво, а потому могло стать основой для фамилии.

Суффикс -ский указывает на типичную польско-украинскую или белорусскую модель образования, которая затем распространилась и в русской среде, особенно среди дворянства и духовенства. Такая фамилия отвечала на вопрос «из каких мест?» или «чей?», но в случае с искусственными фамилиями географическая привязка теряется — здесь важен был лишь благозвучный корень.

Точно определить место и время возникновения фамилии Парадовский сейчас сложно: процесс формирования фамилий у славян растянулся на столетия. Но в любом случае — независимо от того, был ли первый Парадовский военным, семинаристом или сыном польского шляхтича, — фамилия сохранила отпечаток той эпохи, когда торжественность и порядок ценились высоко и в строю, и в церковной иерархии.