Фамилия Парпурина — женская форма фамилии Парпурин, и чтобы понять её происхождение, нужно разобраться с мужским вариантом. Основа здесь — не имя и не профессия, а прозвище «Парпура». В русских говорах, особенно на севере и в Сибири, «парпура» — это искажённое «пампура», «пампур», «пампушка», то есть пышка, оладья или любое сдобное изделие. Слово заимствовано из греческого через церковнославянский: «пампура» (πάμπυρα — «всё жареное»). Прозвище Парпура могли дать полному, мягкотелому человеку, любителю поесть, а возможно, и пекарю или торговцу выпечкой — по роду занятий.

Суффикс -ин в фамилии указывает на принадлежность: Парпурин — сын Парпуры, потомок человека с таким прозвищем. Модель типична для русских фамилий, образованных от прозвищ на -а/-я (ср. Пушкин от Пушка, Кутузов от Кутуз). Ударение в фамилии, скорее всего, падает на второй слог: Парпу́рин, хотя в разговорной речи встречаются варианты.

География фамилии размыта, но по переписям XVIII–XIX веков Парпурины встречаются в Вологодской, Архангельской и Пермской губерниях — как раз в зоне бытования северорусских говоров. Это подтверждает связь с местной лексикой: в архангельских говорах «парпура» означала также «неуклюжий, мешковатый человек», что даёт вторую, параллельную версию прозвища — не по еде, а по внешности или походке.

Есть и редкая версия: в некоторых диалектах «парпура» — это «пузырь, волдырь» (от общеславянского «пыр» — надувать). Тогда прозвище могло относиться к человеку с одутловатым лицом или к тому, кто «надувается» от важности. Но это менее вероятно, так как в письменных источниках фамилия почти всегда фиксируется в контексте «хлебного» значения.

Таким образом, носитель фамилии Парпурин — это, скорее всего, потомок либо сытого и добродушного крестьянина, либо пекаря, чьё прозвище закрепилось в роду ещё в XVI–XVII веках. Фамилия редкая, недворянская, с ярким бытовым оттенком, что делает её ценной для историка языка: она сохранила забытое диалектное слово, которое сегодня почти не употребляется.