Фамилия Патулов — редкий случай, когда основа настолько прозрачна, что не требует сложных лингвистических реконструкций, но при этом заставляет задуматься о социальной истории. Вопреки возможной догадке, она не связана с латинским «патер» (отец) или каким-либо иностранным корнем. Всё проще и по-русски грубее: в основе лежит прозвище Патул, а оно, скорее всего, восходит к диалектному глаголу «патулить» — мять, комкать, делать небрежно. В некоторых говорах так называли неуклюжего, нерасторопного человека или того, кто работает спустя рукава. Фамилия образована по стандартной патронимической модели: Патул + ов, то есть «сын Патула».

Суффикс -ов указывает на то, что фамилия закрепилась в среде великорусского крестьянства и посадских людей, где отчества на -ов были нормой. Само прозвище Патул могло быть ироничным — не обязательно обидным, скорее бытовым, как «Косой» или «Левша». Интересно, что в русских говорах есть и слово «патула» — толстая, неповоротливая женщина, так что основа могла быть и женской, но фамилия всё равно мужская. Географически фамилия тяготеет к северным и центральным областям России: встречается в старых переписях Вологодчины, Костромской и Нижегородской губерний, что подтверждает её исконно русский, а не заимствованный характер.

В отличие от фамилий, образованных от канонических имён (Иванов, Петров), Патулов стоит в ряду тех, что произошли от мирских прозвищ. Такие фамилии часто точнее передают характер или занятие предка, чем официальное крестильное имя. Есть и версия, что Патул — это искажённое «Пат(р)ул» (от греческого Патрулий), но она маловероятна: для народной этимологии нет следов, а православный святой с таким именем не почитался. Так что перед нами типичный случай, когда фамилия хранит не церковную, а бытовую память: где-то в XVI–XVII веках жил человек, которого за медлительность или небрежность прозвали Патулом, и его дети пошли по отцу — стали Патуловыми.