Фамилия Пеёвич — редкий случай, когда написание почти кричит о своём происхождении. В ней безошибочно угадывается белорусская или западнорусская модель образования от личного имени Пеё. Это краткая, просторечная форма от канонического имени Пётр, которая возникла в диалектах, где конечное -р в имени Пётр редуцировалось или заменялось на -ё. Сравните с украинскими и белорусскими формами: Пётр — Пётя — Пець — Пеё. Суффикс -ович/-евич в белорусской традиции (а Пеёвич — это именно оно, с ударением на второй слог) указывает на отчество: «сын Пеё». Такая модель была особенно распространена среди мелкой шляхты и зажиточных крестьян на территории современных Витебской, Минской и Гродненской областей, где патронимические фамилии на -ич закрепились раньше, чем в великорусских землях.

Главная сложность — отсутствие массового бытования. Фамилия Пеёвич не встречается в списках мещан и купцов XVIII-XIX веков, нет её и в распространённых дворянских родословных книгах. Скорее всего, она возникла локально, в одной-двух деревнях, как уличное прозвище, которое затем записали в официальные документы. В белорусском языке «пеё» могло быть не только производным от Пётр, но и звукоподражательным прозвищем для человека, который пел или говорил нараспев, «пел» — однако это менее вероятно, так как глагол «пеяць» (петь) дал бы формы Пея, Пеев, а не Пеёвич.

Интересно, что фамилия сохранила архаичное ударение на суффиксе — Пеёвич, а не Пеёвич. Это типично для западных говоров, где ударение в отчествах на -ич часто падает на последний слог: Кузьми́ч, Ильи́ч, но в белорусском — Кузьмі́ч, Ільі́ч. Если бы фамилия была великорусской, она звучала бы как Пеёв или Петров. Таким образом, Пеёвич — это не просто вариант Петрова, а маркер определённой диалектной среды и, возможно, сословной принадлежности: предки носителя этой фамилии, скорее всего, были свободными землепашцами или мелкими служилыми людьми на западе Российской империи, чьи имена записывали на слух, не подгоняя под московские нормы.