Фамилия Перегудин напрямую отвечает на вопрос, кем был её первый носитель: это потомок человека по прозвищу Перегуда. В основе лежит не имя, а меткое народное слово, которое в разных говорах имело несколько значений, и это делает историю фамилии не такой однозначной, как кажется на первый взгляд.

Самая распространённая версия связывает прозвище с украинским словом «перегуди» — «оговор, сплетни». Тогда Перегудой называли болтуна, пустослова или клеветника. Логика тут простая: человек, который много и зря говорит, получает прозвище по своему главному занятию. Но у этой истории есть и второй поворот.

В южных и западных диалектах глагол «гудить» означал «порицать, корить, хаять, осуждать». А вот в новгородских говорах тот же глагол имел совсем иной смысл — «манить, обольщать, обманывать». Отсюда вырисовывается другой портрет предка: не просто говорун, а либо сквернослов, который постоянно кого-то хулит, либо плут и хитрец, умеющий обвести вокруг пальца. Обе трактовки одинаково правдоподобны, и сказать, какая из них верна для конкретной семьи, уже невозможно — слишком далеко ушли века.

Есть и третья, менее очевидная версия, которая уводит нас от словесных перепалок в сторону музыки. Она отталкивается от названия старинного народного инструмента — гудка, простой трёхструнной скрипки без выемок по бокам, с плоским дном и крышкой. В этом случае Перегуда — не сплетник и не обманщик, а музыкант, тот, кто играет на гудке. Версия не самая популярная, но имеет право на жизнь, ведь прозвища по ремеслу и занятию давали не реже, чем по характеру.

Суффикс -ин в фамилии указывает на притяжательную модель: Перегудин буквально означает «сын Перегуды», «ребёнок того, кого звали Перегудой». Это типичный способ образования русских фамилий от прозвищ, оканчивающихся на -а или -я. Со временем прозвище закрепилось за потомками и превратилось в родовое имя, которое мы слышим сегодня.