Фамилия Писикакин — один из тех редких случаев, когда основа прозвища на первый взгляд кажется нелепой или даже неприличной, но на деле скрывает вполне конкретное ремесленное прошлое. Ключ к разгадке — не в случайном созвучии, а в старом русском диалектном слове «писика», которое в некоторых говорах означало кисть для письма или рисования. Соответственно, «писикака» — это не оскорбление, а прозвище человека, который постоянно пачкался краской или чернилами: маляра, иконописца, писаря или переписчика книг.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: основа «писикак» плюс типичный русский фамильный суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?» — сын Писикаки). Это отчество от прозвища, а не от крестильного имени. Суффикс -ин в русских фамилиях обычно присоединяется к основам на -а/-я, что и произошло: Писикака → Писикакин. Такой способ образования характерен для центральных и северных регионов России, где фамилии на -ин столь же распространены, как и на -ов.

Версия о неприличном толковании (от глагола «писать» в физиологическом смысле) маловероятна: в русской ономастике почти нет фамилий, образованных от подобных основ напрямую. Языковая табуированность таких тем в крестьянской среде была высока, и прозвища с откровенно скабрезным значением если и возникали, то почти никогда не закреплялись в качестве наследственных фамилий. Куда логичнее предположить, что предок носителя фамилии был маляром или писцом, которого в деревне дразнили за вечно испачканные руки.

Фамилия крайне редкая. В дореволюционных справочниках и современных телефонных книгах она встречается единично, в основном в центральной России. Это типичный пример «говорящей» фамилии, которая со временем потеряла связь с исходным значением слова и стала восприниматься как курьёз, хотя на деле хранит память о будничном занятии предка.