Фамилия Питехтина — яркий пример того, как редкая диалектная основа и нестандартный суффикс могут поставить в тупик даже опытного ономаста. Первое, что бросается в глаза: окончание -а выдает женскую форму. Мужской вариант фамилии — Питехтин. Но главная загадка скрыта в корне.

Скорее всего, в основе лежит прозвище Питехта. Откуда оно взялось? Самая правдоподобная версия отсылает к диалектному глаголу «пите́хать» или «пите́шить» — в некоторых северных и сибирских говорах это означало «медленно, неуклюже идти», «тащиться с трудом», «шаркать». Человек с такой походкой легко мог получить прозвище Питехта. Суффикс -та в прозвищах встречается нечасто, но он характерен для экспрессивных, звукоподражательных или описательных имен: ср. «лепета» (от лепетать), «квокта» (от квохтать). Таким образом, Питехта — это «шаркун», «копуша» или «тот, кто плетется».

Менее вероятна, но возможна версия от тюркского корня. В тюркских языках есть слово «пите» или «пит» (в значении «муравей»), а суффикс -хта мог быть переосмыслен. Однако для фамилии, бытующей в русской среде, это экзотика, и диалектное объяснение выглядит убедительнее.

Суффикс -ин в фамилии Питехтин указывает на принадлежность: «чей?» — «сын Питехты». Это типичная русская патронимическая модель, только образованная не от канонического имени, а от уличного прозвища. Фамилия редкая, географически, скорее всего, привязана к Русскому Северу или Вятке — регионам, где сохранилась старинная лексика и где такие «говорящие» прозвища давали приметным людям.

Сословные рамки здесь неопределимы: Питехтины могли быть и крестьянами, и мещанами. Важнее другое: эта фамилия — живой свидетель того, как метко и нешаблонно русский язык мог описать человека через его привычку или манеру поведения. В ней нет ни капли книжности, зато есть грубоватая, но точная народная наблюдательность.