Фамилия Пландина — редкий случай, когда географический акцент слышен прямо в окончании. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Пландин — это «чей?» — сын или человек из семьи Планды. Сама основа Планда — это не каноническое крестильное имя, а прозвище, и его происхождение стоит разобрать подробнее.

Самая вероятная версия отсылает к диалектному слову «планда». В ряде русских говоров, особенно северных и сибирских, так называли неуклюжего, медлительного человека, а иногда — неряху. Слово могло звучать и как «пландя». Прозвище давали по заметной черте характера или внешности: медлительный, нерасторопный, возможно, немного рассеянный человек. В таком случае фамилия Пландина — это «внучка» или «дочь Планды», то есть человека с таким прозвищем.

Есть и менее очевидная, но лингвистически возможная версия. В некоторых говорах «планда» означала нечто плоское, широкое, доскообразное. Это могло быть прозвище человека с широкими плечами или плотной фигурой. Однако в ономастических словарях (например, у Б. Унбегауна или В. Никонова) эта основа специально не выделяется, что говорит о её редкости и локальном бытовании.

Модель образования типична для русских фамилий: прозвище + суффикс -ин. Если бы в основе лежало слово на -а, то форма «Пландин» — естественная. Фамилия распространена в центральных и северных областях России, но встречается редко, что подтверждает её происхождение из узкого диалектного гнезда.

Что касается женской формы Пландина — это грамматически правильное склонение: мужчина — Пландин, женщина — Пландина. В дореволюционной России такие фамилии часто давали крестьянам и мещанам, реже — духовенству. Сословной привязки к дворянству нет, искать предков стоит в среде сельских жителей, где прозвища были особенно цепкими.