Фамилия Пуллер — редкий случай в русском ономастиконе, когда корень явно не славянский, а немецкий, и это сразу задаёт направление поиска. Вопреки интуиции, ничего общего с английским глаголом to pull («тянуть») она не имеет: перед нами типичная фамилия-прозвище, которую дали по характерной черте или занятию человека.

Самый вероятный источник — немецкое слово Pulle, то есть «бутылка». Так в Германии могли прозвать стеклодува, бондаря, изготовлявшего бутылочную тару, или винодела, который эту тару наполнял. Менее очевидный, но тоже возможный вариант — диалектное Pfuhl («лужа», «болото»). В этом случае прозвище указывало бы на место жительства: предок мог обосноваться в сырой, низинной местности, и соседи закрепили за ним такую характеристику.

Какая версия правдоподобнее? Слово Pulle в значении «бутылка» встречается в немецких говорах чаще и легче превращается в прозвище ремесленника, чем географический термин Pfuhl, который обычно даёт фамилии с суффиксами принадлежности вроде Пулер или Пфуль. Но в русском языке оба слова слились в одну форму, поскольку звучали для восприятия почти одинаково.

Сама модель образования — без суффикса, простым переносом прозвища в фамилию — типична для остзейских немцев и переселенцев, которых в России записывали по документам, не адаптируя окончания. Поэтому фамилия Пуллер почти не встречает русских аналогов с типичными -ов или -ин, а бытует в единичных семейных линиях.

Конкретный след ведёт в Псковскую губернию. В Книге памяти Псковской области упомянут пожарный Пуллер Александр Петрович, родившийся в 1889 году в пустоши Холохино Стругокрасненского района. Это ценная зацепка: пустошь — то есть место, где когда-то стояла деревня, а потом земля запустела, — указывает на крестьянское или сельское происхождение рода. Немецкая фамилия в псковской глубинке не редкость: после Северной войны и при Екатерине II сюда селили пленных и приглашённых мастеров, которые быстро растворялись в местном населении, но сохраняли фамилию.

Если родоначальник Пуллер действительно был стекольщиком, он мог попасть в эти края по вербовке на стекольные заводы, которые в XVIII–XIX веках активно строились на северо-западе России. Если же прозвище пошло от болота, то оно могло закрепиться за крестьянином, чей надел находился в низине. Точных данных, кто именно из предков Александра Петровича получил прозвище, не сохранилось, но обе версии одинаково объясняют, почему фамилия прижилась именно здесь, а не в столицах.

В написании фамилия устойчива: двойная «л» — это след немецкой орфографии, которую сохранили при переносе в русские документы. Поэтому не стоит искать вариантов вроде Пулер или Пулёров — они либо не зафиксированы, либо относятся к другим, более поздним переселениям. Сегодня носители фамилии Пуллер — это почти наверняка потомки тех самых псковских немцев, чей след тянется из пустоши Холохино.