Фамилия Пяршины — редкая и неочевидная для русского уха. Её основа, Пярш-, с первого взгляда сбивает с толку: нет ни привычного «Перш», ни «Парш». И это как раз ключ к разгадке. Скорее всего, перед нами не исконно русская, а белорусская или западнорусская форма, записанная на слух. В белорусском языке «я» на месте русского «е» после мягкого согласного — явление обычное. Поэтому Пяршины — это те же Першины, но с местным произношением.

В основе фамилии лежит крестильное имя Перша — уменьшительная форма от Перфилий (греческое Перфириос, «пурпурный») или от Пётр («камень»). Такие сокращения были в ходу в простонародье: Перша, как и Проша, Саша, Миша, не требовало полного имени. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Пяршин, то есть сын, потомок Пярши. Модель образования типична для северных и центральных губерний России, но с белорусским акцентом в корне.

Географически фамилия Пяршины встречается не повсеместно. Основные следы ведут в Псковскую, Смоленскую области и приграничные районы Беларуси — туда, где русский и белорусский диалекты смешивались веками. В документах XIX века Пяршины числились в основном среди крестьян и мещан. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано: слишком простое, «мужицкое» происхождение.

Интересная деталь: если бы фамилия образовалась от прозвища Пярш (от диалектного «пяршить» — першить, драть горло), она могла бы означать человека с хриплым голосом или того, кто много кашляет. Но это менее вероятно, чем связь с именем Перша: прозвища реже дают такой устойчивый патроним, а имена-основы — почти всегда.

Таким образом, Пяршины — это потомки человека по имени Перша, записанные в том произношении, которое было естественно для их предков. Фамилия негромкая, но с чётким региональным колоритом.