Фамилия Расколов — редкий случай, когда прозвище, легшее в основу, почти наверняка связано не с бытовым значением слова, а с драматической страницей русской истории. Если отбросить версию о том, что предок имел отношение к «месту, по которому что-либо расколото» (слишком уж буквально и маловероятно для прозвища), мы выходим на религиозный раскол XVII века.

Именно это значение — отделение части верующих от Русской православной церкви, не принявших реформ патриарха Никона, — и сформировало смысл прозвища. В народных говорах слово «раскол» нередко использовали как прямое обозначение старообрядчества и самого явления, и его последователей. Поэтому прозвище Раскол, скорее всего, закрепилось за человеком, который принадлежал к старообрядческой церкви или公开 сочувствовал ей, не приняв церковной реформы.

В более широком смысле расколом в православии называли всякое отпадение от официальной Церкви. Так что прозвище могли дать и тому, кто по каким-то причинам не соблюдал каноны, вёл спорную с точки зрения церкви жизнь или просто имел репутацию человека, вносящего раздор в общину. В любом случае, прозвище Раскол указывало на мировоззрение или поведение, а не на род занятий.

Модель образования фамилии проста и типична для центральной России: прозвище Раскол + притяжательный суффикс -ов, отвечающий на вопрос «чей?». То есть Расколов — это «сын Раскола», потомок человека с таким прозвищем. Фамилия закрепилась за семьей, когда прозвище перестало быть личной характеристикой и перешло к детям и внукам.

Интересно, что фамилия не получила широкого распространения, что косвенно подтверждает её происхождение: в среде официального православия такое прозвище вряд ли было почётным, а у самих старообрядцев его вряд ли использовали бы как самоназвание. Скорее всего, это прозвище давали «со стороны», и оно отражало взгляд окружающих на человека, отделившегося от господствующей церкви.