Фамилия Рипун почти наверняка связана с церковной службой, а точнее — с богослужебным предметом, который называется «рипида». Это слово пришло из церковнославянского языка и означает круглый образ херувима, посаженный на длинное древко. Такие опахала использовали во время литургии: ими веяли над Святыми Дарами, символически охраняя их и изображая небесные силы. Поэтому прозвище Рипун, от которого пошла фамилия, скорее всего, закрепилось за церковнослужителем — человеком, который нёс рипиду или отвечал за неё в храме.

Разбор фамилии простой и показательный. Основа «рип-» восходит к «рипида», а суффикс «-ун» в русских прозвищах обычно указывал на деятеля: певун, говорун, бегун. То есть Рипун — это тот, кто рипидит, то есть работает с рипидой, совершает с ней положенные движения. Модель образования типична для прозвищ, которые потом закрепились как фамилии в северных и центральных русских говорах, где церковная жизнь была плотно вплетена в быт.

Впрочем, есть и более приземлённая версия. В некоторых диалектах «рипать» означало двигаться рывками, дёргаться, суетиться. Тогда Рипун — это просто прозвище подвижного или суетливого человека, не имеющее отношения к храму. Но эта гипотеза слабее: слишком точное совпадение с богослужебным термином, к тому же фамилия редкая и явно книжного происхождения, а не уличного. Скорее всего, предок носителя фамилии действительно служил в церкви — возможно, был пономарём или алтарником, чьей обязанностью было держать рипиду над дарами.

Сравните с однокоренными фамилиями: Рипин, Рипидов. Они встречаются ещё реже, но подтверждают ту же основу. Рипун отличается от них именно суффиксом, который подчёркивает действие, а не предмет. Это делает фамилию не просто указанием на профессию, а прозвищем-характеристикой: человека так называли за его постоянное занятие, и со временем это слово стало его родовым именем.

Сословно такие фамилии обычно принадлежали духовенству или крестьянам, жившим при церковных приходах. Точных сведений о первых носителях фамилии Рипун в открытых источниках нет, но сам факт, что она не получила широкого распространения, говорит о локальном происхождении — скорее всего, она возникла в одном конкретном приходе или уезде и закрепилась за одной семьёй.