Происхождение
Фамилия Родити
Фамилия Родити — редкий случай, когда русская по происхождению фамилия пишется с окончанием на -и, что сразу выбивается из привычного ряда на -ов, -ин или -ский. В русской ономастике такой финал почти всегда указывает на форму множественного числа или родительного падежа, характерную для фамилий, возникших в северных и центральных регионах России, а также в среде старообрядцев. Однако в случае Родити есть и другая, более вероятная версия: фамилия могла быть искусственно изменена при записи в церковных книгах или при переходе из польского или украинского варианта (Родич, Родит) — там окончание -и встречается часто.
Основа фамилии — корень Род-, который восходит к древнерусскому слову «род» (семья, происхождение) или к глаголу «родить». Скорее всего, прозвище Родит или Родита давали человеку, который был как-то связан с родами или рождением: повитухе, отцу многих детей, либо, напротив, подкидышу, чьё происхождение было неясно («родити» — в древности могло означать «родить» или «рождать»). В говорах слово «родить» иногда употреблялось в значении «производить на свет, давать жизнь», и прозвище могло закрепиться за многодетным крестьянином или за тем, кто помогал при родах.
Суффиксальная часть -ити нестандартна для русских фамилий: обычно в основе лежит краткое прилагательное или существительное с суффиксом -ит (как в фамилиях Толстити, Чернити), но здесь окончание -и может быть остатком древнего патронимического суффикса -ич, который в некоторых диалектах редуцировался до -и. То есть Родити могло означать «из рода Родичей» или «сын Родиты».
Географически фамилия Родити почти не встречается в современных базах данных — это крайне редкая фамилия, что подтверждает её локальное или угасшее бытование. Возможно, она сохранилась в единичных семьях на севере России или в среде потомков переселенцев из Белоруссии, где форма на -и более типична. В любом случае, носитель фамилии Родити может с уверенностью считать, что его предки получили прозвище, связанное с рождением или родом, и что сама фамилия — живое свидетельство древних словообразовательных процессов, которые почти исчезли из русского языка.