Фамилия Романус — редкий для России случай латинского по происхождению прозвища, которое стало наследственным именем. В отличие от подавляющего большинства русских фамилий, образованных от крестильных имён с помощью суффиксов -ов/-ев или -ин (Романов, Ромашин), Романус сохранила свою первоначальную латинскую форму. Это не переделка на иностранный лад, а прямое заимствование: латинское Romanus значит «римлянин», «житель Рима».

Вероятнее всего, фамилия Романус появилась в среде духовенства или в дворянских родах западных губерний Российской империи. Семинарские фамилии нередко давали на латыни — так возникали фамилии вроде Романовский, Римский-Корсаков, но Романус стоит особняком: это чистое латинское слово без славянского суффикса. Такая форма могла закрепиться за выходцем из польской или литовской шляхты, где латынь долго была языком делопроизводства и образования. В Речи Посполитой прозвище «Романус» встречалось как у католических священников, так и у светских лиц, подчёркивая их учёность или благородное происхождение.

Менее вероятная, но возможная версия — происхождение от немецкой фамилии Romanus. Немецкие переселенцы, приглашённые в Россию при Екатерине II, могли принести эту фамилию в Поволжье или Причерноморье. В немецком контексте Romanus тоже означает «римлянин», но часто это было не прозвище, а латинизированная форма фамилии, звучавшей как Роман или Романек.

Поскольку фамилия не получила массового распространения, её носители в России — это, как правило, потомки либо священников, получивших латинскую фамилию в семинарии, либо обрусевших дворян и иностранцев. Встретить её можно в документах XIX века по Волынской, Киевской и Могилёвской губерниям, а также среди обрусевших немцев. В советское время фамилия могла сокращаться до Романов — из-за неблагозвучия или бюрократической ошибки, поэтому часть носителей, возможно, сменила или потеряла исходную форму.

Словообразовательно фамилия проста: основа Romanus без каких-либо суффиксов. Это не типичная русская модель, что и делает её ценной для исследователя — она указывает на конкретный социальный слой или этническую среду, где латынь была языком повседневного общения хотя бы в письменной форме.