Фамилия Рыняк — редкий пример, где географический и языковой аспекты важнее, чем разбор очевидного корня. На слух она кажется «кричащей» (от «рынýть» — громко закричать, рявкнуть, что есть в южнорусских и украинских говорах), но на самом деле всё сложнее и интереснее.

Словообразовательная модель указывает на украинское или белорусское происхождение. Суффикс -як в восточнославянских фамилиях (как Гриняк, Костяк, Дзюняк) часто образует прозвища от личных имён или характерных черт. Основа «Рын-» может восходить к нескольким источникам. Первый и самый вероятный — от имени Рыня, которое было уменьшительной формой от канонических Ирина (в народном произношении Орина, Ирыня) или, реже, от Григорий (Гриня). Второй вариант — от прозвища, связанного с глаголом «рыть» или диалектным «рынáть» (толкать, пихать, а также суетиться, возиться). В этом случае предок мог получить прозвище за беспокойный нрав или за работу землекопа.

География фамилии подтверждает западнорусский след. Основные очаги фамилии Рыняк — западные области Украины (Волынь, Ровенщина) и юго-восток Польши (Подляшье). Встречается она и в Брестской области Беларуси. Такое распределение говорит о том, что фамилия сформировалась на территории, где веками смешивались украинские, польские и белорусские диалекты. Именно там имя Ирина в народной форме «Рыня» было особенно употребительным.

В отличие от фамилий на -ов/-ин, которые фиксировали принадлежность к главе семьи, фамилии на -як могли закрепляться за человеком как прозвище и передаваться детям без изменения формы. Поэтому прямого указания на сословие у Рыняк нет: так могли прозвать и крестьянина, и мещанина. Единственное, что можно сказать с уверенностью, — это не искусственная семинарская фамилия и не дворянская, а народное прозвание, возникшее в среде, где ценили меткое слово.

Итог: скорее всего, первые Рыняки — это потомки человека по имени Рыня (Ирина) или человека с прозвищем Рыня, что бы оно ни значило. Спор между «криком» и «землёй» решается в пользу имени — именно эта версия объясняет и суффикс, и географию, и то, почему фамилия не стала массовой.