Фамилия Сарандаев звучит непривычно для русского уха, и это не случайность. За ней стоит не простое прозвище, а целый пласт культурных связей между тюркскими и финно-угорскими народами Поволжья. Основа фамилии — личное имя Сарандай, которое в XV–XVII веках вполне могло быть распространено у чувашей, марийцев или татар, а затем попало в русскую официальную документацию.

Ономасты предлагают два основных толкования этого имени. Первая версия ведет к древнетюркскому слову «саран» — так называли траву, которая растет на солончаковых почвах. К этой основе, как предполагают исследователи, добавился марийский аффикс «-дай», который придавал имени ласкательный или уменьшительный оттенок. В таком случае имя Сарандай — это оберег: родители называли так ребенка, чтобы природа приняла его как своего, а вместе с именем к нему перешли бы выносливость и жизненная сила неприхотливого степного растения.

Вторая версия опирается на чувашский язык. Там слово, близкое по звучанию к «саран», могло означать «бережливый», «расчетливый». Тогда Сарандай — это пожелание ребенку хозяйственности и умения разумно распоряжаться добром. Обе трактовки правдоподобны, но первая выглядит чуть убедительнее: составное имя с марийским суффиксом лучше объясняет конечное «-дай», которое в чувашской версии повисает без опоры.

Суффикс «-ев» в фамилии — стандартный русский патронимический элемент. Он указывает на то, что предок носителя фамилии звался Сарандаем, а его потомки стали «Сарандаевыми детьми». Такой тип фамилий массово закреплялся в XVI–XVII веках, когда русские писцы фиксировали инородцев, принявших православие или просто попавших в зону действия русского административного аппарата. География фамилии сегодня — это в основном Среднее Поволжье и Урал, что косвенно подтверждает ее региональное происхождение.

Отдельного упоминания заслуживает редкость фамилии. В отличие от массовых Ивановых или Кузнецовых, Сарандаевы — это локальный род, который не распылился по всей стране. Это говорит о том, что их предки долго жили на одном месте, вероятно, в сельской местности, и не были вовлечены в крупные миграционные потоки. В дореволюционных метрических книгах эта фамилия встречается точечно, в основном в документах Казанской и Вятской губерний.