Фамилия Седыгин — один из тех случаев, когда прозвище, данное человеку, со временем полностью вытеснило его крестильное имя и закрепилось за потомками. В основе лежит прозвище Седыга, которое, в свою очередь, связано с прилагательным «седой». Но не спешите представлять себе древнего старика: в старину слово «седой» имело более широкий смысл. Оно могло указывать не только на возраст, но и на цвет волос. Светловолосого, белобрысого человека вполне могли дразнить Седыгой, и это прозвище не несло в себе ничего обидного. Так что основатель рода Седыгиных мог быть как пожилым уважаемым человеком, так и молодым парнем с очень светлой шевелюрой.

Сам формант «-ыга» — характерная черта народной, разговорной ономастики. Подобные прозвища (Торопыга, Рыжига, Вертига) были распространены в северных и центральных русских говорах. Они придавали имени оттенок фамильярности, простоты и даже некоторой ласковости. Суффикс «-ин» в конце фамилии указывает на принадлежность: Седыгин буквально означает «сын Седыги», «из семьи Седыги».

Фамилия Седыгин — действительно самобытный памятник славянской культуры, но не стоит думать, что она возникла в каком-то одном конкретном месте. Подобные прозвища могли появляться независимо в разных регионах, поэтому говорить о едином географическом центре происхождения нельзя. Можно лишь утверждать, что фамилия эта исконно русская, крестьянская по своему происхождению и уходит корнями в эпоху, когда большинство людей обходилось без официальных фамилий, а использовало лишь меткие уличные клички.

Интересно, что от того же корня образовались и другие фамилии: Седин, Седов, Седунов. Но Седыгин стоит особняком — благодаря редкому суффиксу он звучит архаичнее и колоритнее. Если Седовы могли происходить от разных людей с прозвищем Седой, то Седыгины ведут родословную от конкретного носителя уменьшительно-ласкательной формы этого прозвища. Это делает фамилию более «личной», что лишний раз подчеркивает её народное, не канцелярское происхождение.

Точное время и место появления фамилии Седыгин можно установить только через глубокие генеалогические изыскания: переписи, писцовые книги, ревизские сказки. Но даже без архивных документов ясно: человек, носивший такую фамилию, почти наверняка был русским, жил в сельской местности и получил своё родовое имя от предка, которого окружающие выделяли за седину — будь то в старости или с рождения.