Фамилия Семерджидин — редкий случай, когда основа не просто указывает на занятие, а буквально «переводит» человека в другую культуру. В её основе лежит тюркское слово «семерджи» или «сюмерджи», которое в османском и азербайджанском языках означало «охотник». Суффикс «-дин» здесь — не русский, а часть сложного восточного имени или прозвища, часто указывающая на религиозную принадлежность («дин» — вера). Таким образом, Семерджидин — это «охотник веры» или, что более вероятно, человек, носивший прозвище Охотник, к которому добавили компонент «-дин» для благозвучия или уточнения.

Обратите внимание на модель образования: это не русская патронимическая фамилия на -ов/-ев, а застывшая форма восточного составного имени. В Российской империи такие фамилии чаще всего фиксировали у народов Кавказа и Закавказья — у азербайджанцев, лезгин, татов. Носитель фамилии Семерджидин, скорее всего, происходил из среды, где тюркские языки были основными, а его предок занимался охотой — либо как промысел, либо как военное дело. В отличие от русских фамилий, которые образовывались от имени отца (Иван → Иванов), здесь мы видим прямое прозвище, которое стало родовым без изменений.

Уникальность фамилии в том, что она почти не встречается за пределами определённого ареала. Если вы встретите Семерджидина, с высокой вероятностью его корни — в Дагестане или Азербайджане. В русской ономастике эта фамилия не разбирается в словарях Унбегауна или Никонова, так как она не входит в основной массив восточнославянских фамилий. Это не «исключение», а просто другой тип фамильного наследия — восточный, где слово сохранило свою первоначальную семантику без переосмысления.