Фамилия Семинченя — редкий случай, когда в основе лежит не имя, а прозвище, восходящее к животному, причём с необычным суффиксальным оформлением. Разговорное «семинче» в юго-западных говорах (украинских и белорусских) — это «семимесячный», то есть недоношенный или слабый детёныш, чаще всего поросёнок. Прозвище Семинченя могли дать либо маленькому, тщедушному человеку, либо, наоборот, в насмешку — крупному и неуклюжему. Такая модель образования фамилий напрямую от прозвища животного (ср. Жеребёнок, Теленок, Котёнок) характерна для восточнославянских земель, но суффикс -еня встречается реже, чем -ок или -я.

Географически фамилия тяготеет к Гомельской и Брестской областям Беларуси, а также к соседним районам Украины — Полесью. В России она практически не встречается, что указывает на относительно позднюю фиксацию и локальное бытование. В польских метриках XVIII–XIX веков можно найти варианты Siemieńczę, Siemieńczyna — это не ошибки, а следы адаптации фамилии под польскую орфографию: звук [ч’] передавали через cz, а окончание -я — через -a или -ię.

Словообразовательная цепочка выглядит так: числительное «семь» → «семимесячный» (сокращённо «семинче») → прозвище Семинченя → фамилия Семинченя. Ударение, скорее всего, падает на второй слог: Семи́нченя. В отличие от фамилий на -ин (Семин, Семинцев), здесь нет патронимического суффикса — фамилия застыла в форме прозвища, как, например, Непомнящий или Безродный. Это так называемые «прозвищные» фамилии, которые не указывают на отца, а описывают самого первого носителя.

Написание с мягким знаком («Семинченья») ошибочно: в белорусской и украинской традиции твёрдый согласный перед -я смягчается только на письме, но не на слух. В документах XIX века фамилия могла записываться как Семинченя, Семинченя, а в польских — Семинченя (Siemieńczęcia). Вариант с удвоенным «н» (Семинчення) — результат неверной этимологизации, когда корень путают с «семья» или «семя».

В современных базах носителей Семинченя — единицы, в основном в Беларуси. Это не фамилия знатного рода, а крестьянское прозвище, закрепившееся за одной семьёй в конкретной деревне. Её редкость — не повод для мистификации: скорее всего, предки держали свиней или жили в местности, где местный говор сохранил это слово.