Фамилия Шаршнев — яркий пример того, как прозвище, данное человеку по характерной особенности, превратилось в родовое имя. В основе лежит диалектное слово «шаршень» — так в южных и западных говорах называли шмеля или крупного жалящего насекомого, вроде овода. Человек мог получить такое прозвище за неспокойный, въедливый нрав, за назойливость или, наоборот, за трудолюбие и хозяйственность — шмель воспринимался и как работяга, и как надоеда. Менее вероятна, но возможна связь с глаголом «шаршить» — шуршать, тереть, скрести, тогда прозвище могло относиться к человеку с резкими, суетливыми движениями.

Модель образования типична для русских фамилий: к основе «Шаршн-» (от «шаршень» с утратой беглого гласного «е») добавился притяжательный суффикс «-ев». Суффикс указывает на принадлежность: «чей сын?» — Шаршнев, то есть сын Шаршня. Такие фамилии закрепились в основном в крестьянской среде, где прозвища были главным отличительным знаком до введения обязательных паспортов.

Фамилия редкая, географически привязана к центральным и южным областям России. Встречается в Тульской, Рязанской, Липецкой и Воронежской областях — как раз в зоне распространения южнорусского говора, где слово «шаршень» было в ходу. В документах XVII–XVIII веков можно найти упоминания крестьян и однодворцев с прозвищем Шаршень, но в письменных источниках фамилия фиксируется поздно, не ранее середины XIX века.

Двойников по звучанию у фамилии нет, что упрощает поиск корней. Ошибочно связывать Шаршнев с «шаршнями» — украинским названием крупных шершней. Русская форма именно «шаршень», и фамилия осталась в рамках великорусского ареала. Правописание устойчиво: через «е» в суффиксе, без вариантов вроде Шаршнёв — ударение падает на первый слог, поэтому «ё» не пишется.

Таким образом, предки носителей фамилии Шаршнев — скорее всего, крестьяне из южных губерний, получившие прозвище по характеру или внешнему сходству с насекомым. Фамилия сохранилась в малочисленном виде, что делает её интересным объектом для локальных генеалогических изысканий.