Фамилия Щелушкин — хороший пример того, как за привычным суффиксом -ин скрывается неочевидная основа. Вопреки интуиции, корень здесь не связан со словом «щель» или «щелкать». Основная версия отсылает к диалектному слову «щелушка» — так в русских говорах называли лузгу, шелуху, кожуру или мелкую чешую. Щелушкой могли прозвать либо человека с нечистой, шелушащейся кожей, либо, что вероятнее, того, кто занимался лущением — очищал зерно, орехи или семечки от скорлупы. В крестьянском быту такое занятие было повседневным, и прозвище быстро закреплялось за конкретным человеком.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: Щелушкин буквально означает «сын Щелушки» или «человек из семьи Щелушки». Это типичная модель для русских фамилий, образованных от прозвищ, оканчивающихся на -а/-я. Аналогично строились фамилии Шишкин, Крошкин, Кожушкин — все они отталкиваются от бытовых реалий или внешних признаков.

Существует и менее распространённая версия: связь с древнерусским именем Щелуха, которое могло быть уменьшительной формой от канонического имени, например Евстафий или Щепин. Но эта гипотеза слабее — документальных подтверждений такого имени в источниках практически нет, в то время как прозвище от «щелушка» фиксируется в северных и среднерусских говорах.

Географически фамилия тяготеет к северо-востоку: чаще всего Щелушкины встречались в Вологодской, Костромской и Архангельской губерниях. В этих краях лущение льна и конопли было массовым ремеслом, что делает «профессиональную» версию особенно убедительной. Встречаются также написания с одной «ш» — Щелукин, но это скорее результат упрощения при переписи, а не отдельная фамилия.

Сословного барьера у Щелушкиных не было: фамилия встречалась и среди государственных крестьян, и в купеческих семьях, и у мещан. В XIX веке несколько Щелушкиных числились среди вологодских купцов третьей гильдии, торговавших льняным маслом — что косвенно подтверждает связь с переработкой растительного сырья.