Фамилия Шлындов — редкая и с неочевидной на первый взгляд основой. Её ядро — слово «шлында», которое в русских говорах имело два основных значения. Первое — «шатун», «бродяга», «праздношатающийся человек». Второе, более конкретное — «шлында» или «шлындра» могло означать неряшливую, распутную женщину. В любом случае, прозвище Шлында давали человеку с беспокойным, неоседлым характером или тому, кто пренебрегал порядком.

Модель образования типична для русских фамилий: суффикс -ов присоединился к основе Шлынд-, указав на принадлежность — «сын Шлынды» или «из семьи Шлынды». Ударение в фамилии, скорее всего, падает на первый слог: Шл́ындов. Форма с суффиксом -ов, а не -ин, подсказывает, что прозвище было мужским или относилось к главе семьи, что для таких основ встречается реже, чем для женских, но вполне закономерно.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и западнорусским областям. Слово «шлында» активно бытовало в рязанских, тамбовских, курских говорах, а также в белорусском языке, где «шлындаць» означает «слоняться без дела». Это позволяет предположить, что предки носителей фамилии могли происходить из этих регионов, и прозвище закрепилось за человеком, который часто менял место жительства или работы — не обязательно в отрицательном смысле, а, например, за отходником или странствующим ремесленником.

В отличие от фамилий, образованных от церковных или мирских имён, Шлындов стоит в ряду «характерологических» прозвищ — таких, как Гуляев, Бродягин или Шатунов. Но если Гуляев чаще связывается с праздностью, то Шлындов несёт оттенок именно бесцельного движения, «шлындания» без видимой цели. В дореволюционных переписях такая фамилия встречается спорадически, что подтверждает её локальный и, вероятно, однодворческий характер — её могли носить крестьяне или мещане, а не дворяне.

Сравнение с однокоренными Шлындиным и Шлындарёвым показывает, что Шлындов — самая простая и архаичная форма, без дополнительных уменьшительных или увеличительных суффиксов. Это говорит о том, что прозвище закрепилось в прямом, не смягчённом виде. Сегодня фамилия остаётся малочисленной, что делает её особенно ценной для генеалогического поиска: каждый документ с этой фамилией — почти наверняка звено одной семейной ветви.