Фамилия Сидулов — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано с конкретным действием или характером человека. В её центре лежит не имя, а глагол «сидеть» или производное от него «сидун» — так в старых русских говорах называли домоседа, человека, который не любил отлучаться из дому, или, напротив, того, кто подолгу засиживался в гостях. В некоторых диалектах «сидуном» могли прозвать и медлительного, малоподвижного работника. Основа «сид-» с суффиксом «-ул» дала прозвище Сидул, а уже от него через стандартную русскую модель притяжательных фамилий на «-ов» получился Сидулов — буквально «сын Сидула».

Интересно, что фамилия почти не встречается за пределами центральной России и Поволжья. В отличие от более распространённых «сидячих» фамилий вроде Сидоров (от имени Сидор) или Сидельников (от ремесла), Сидулов держится в узком ареале. Это говорит о том, что прозвище не было общерусским, а бытовало локально — возможно, в какой-то одной волости или даже в нескольких деревнях. По переписям XIX века основная масса Сидуловых осела в Тамбовской и Рязанской губерниях, где «сидун» как слово действительно фиксировалось в народной речи.

Суффикс «-ул» в прозвищах — довольно редкий, он придавал слову оттенок пренебрежения или шутливости: «сидул» звучало примерно как «засидевшийся», «домашний». Такая модель образования встречается у фамилий Катулов (от «катун» — бродяга), Ходулов (от «ходун» — непоседа), но у Сидулова она сохранилась в более архаичной форме. По сути, носитель фамилии носит в себе память о предке, которого в деревне дразнили за то, что он редко выходил из избы или подолгу сидел на одном месте.

Версия о связи с тюркским корнем «сидык» (моча) или «сидиль» (жидкий) — надуманна и не подтверждается ни географией фамилии, ни документами. Подавляющее большинство Сидуловых — русские, и их фамилия органично вписывается в славянскую словообразовательную модель. Если искать параллели, то ближе всех стоит фамилия Сидюков — от того же корня, но с другим суффиксом, и Сидоров — но там уже имя, а не прозвище. Сидулов стоит особняком: он не про род занятий, не про отчество, а про житейскую черту, которую соседи сочли достойной прозвища.