Фамилия Синалицын — редкий случай, когда на стыке звучания и написания возникает путаница, способная увести в сторону от истинного корня. На слух она почти неотличима от более распространённой фамилии Синицын, образованной от названия птицы синицы. Однако буква «а» в первом слоге подсказывает: перед нами, скорее всего, совсем другая основа. Словообразовательная модель здесь та же — типичный русский суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?»), но корень, вероятно, не «синиц-», а «синал-» или «синаль-».

Самая правдоподобная версия отсылает к диалектному или профессиональному прозвищу. В русских говорах и в языке сибирских старожилов словом «синаль» или «синяль» могли называть человека, занимавшегося окрашиванием тканей в синий цвет, — попросту красильщика. Это ремесло было распространено среди кустарей-синельщиков, которые варили краску из кубовой сини. Прозвище Синаль (или Синяль) давалось по занятию, и от него через форму «Синалицын» (с закономерным переходом «л» в «ц» в некоторых диалектах) или «Синалин» и возникла фамилия. В таком случае предок носителя фамилии был не охотником на птиц, а красильщиком.

Вторая версия, менее вероятная, связывает фамилию с календарным именем. В святцах есть редкое мужское имя Синай, происходящее от названия библейской горы. В быту оно могло трансформироваться в Синаля, а затем дать притяжательное прилагательное «Синалицын» («сын Синали»). Однако эта гипотеза сталкивается с тем, что имя Синай почти не встречалось в крестьянской среде, а фамилии на -ицын в основном формировались от прозвищ, а не от полных крестильных имён.

Фамилия Синалицын — редкая, её следы можно найти в старых метрических книгах центральных и северных губерний России, а также у старообрядцев. Отсутствие массового распространения говорит о том, что прозвище Синаль было локальным, возможно, цеховым. В отличие от «птичьей» фамилии Синицын, которая встречается повсеместно, Синалицын сохранила в себе память о конкретном, узком ремесле или местном говоре, что и делает её особенно интересной для этимолога.