Фамилия Скорин напрямую связана с известной белорусской фамилией Скорина, которую носил первопечатник Франциск Скорина. Однако если разбирать её по составу, то перед нами типичная русская форма притяжательного прилагательного с суффиксом -ин, отвечающая на вопрос «чей?»: Скорин — это «сын Скоры». Но вот от какого именно прозвища Скора пошла фамилия, единого мнения у ономастов нет, и здесь открывается простор для версий.

Самая очевидная версия отсылает к прилагательному «скорый» — быстрый, проворный, расторопный. В этом случае прозвище Скора получал человек с живым характером, который всё делал быстро и споро. Правда, у слова «скорый» в народной речи был и другой оттенок — вспыльчивый, горячий, несдержанный. Так что Скорой вполне могли прозвать и того, кто быстро выходил из себя и не умел сдерживать эмоции.

Существует и вторая, не менее убедительная версия, которая уводит нас в совершенно иную смысловую плоскость. В древнерусском языке существовало нарицательное «скора» — так называли шкуру, сырую кожу, а также пушной товар. Отсюда и знаменитое «скорняк» — мастер по выделке кож и мехов. Согласно этой версии, прозвище Скора закреплялось за человеком, чьё занятие было связано с торговлей мехами или выделкой шкур. Для средневековья, где мех был одной из главных статей экспорта, такое ремесло было делом уважаемым и прибыльным, поэтому прозвище легко могло стать семейным.

Какая из версий правдоподобнее? Тут важно заметить, что фамилия Скорин встречается в основном в русских, а не белорусских землях, тогда как Скорина — фамилия белорусская. В русских говорах слово «скора» в значении «шкура» было широко распространено, а вот прилагательное «скорый» в прозвищах чаще давало формы типа Скорый или Скоряев. Поэтому версия с кожевенным или меховым делом выглядит даже более весомой, хотя полностью исключать «быстрого» предка нельзя — без письменных источников XV–XVI веков тут не разобраться.

Интересно, что фамилия Скорин органично вписывается в ряд однокоренных русских фамилий — Скорняков, Скорев, Скоринкин. Все они так или иначе крутятся вокруг того же корня, но расходятся в суффиксах, а значит, и в деталях происхождения. Если Скорняков прямо указывает на профессию скорняка, то Скорин, скорее всего, сохранил память о личном прозвище родоначальника, которое со временем просто стало родовым именем. Потомок человека по прозвищу Скора, будь он быстрым гонцом или умелым кожевником, получал фамилию Скорин — и она закреплялась за семьёй навсегда.