Фамилия Смарыга звучит редко и немного загадочно, но за ней стоит вполне конкретная бытовая история. Чаще всего ее связывают с украинским глаголом «смарувати», то есть «вымазывать». Выходит, что Смарыгой в старину могли прозвать мастера, который белил хаты или мазал глиной стены — работа грязная, но необходимая, и за ней человека могли закрепить такое прозвище на всю жизнь.

Впрочем, есть и другая, не менее любопытная версия. Она отталкивается от украинского слова «смага» — жажда, сильное желание пить. Тогда прозвище Смарыга могло закрепиться за водохлебом, человеком, который часто и много пил воды. Но у слова «смага» есть и третий смысл: так называли золотисто-коричневый, темный оттенок кожи после загара. Если придерживаться этой версии, Смарыгой могли окрестить сильно загорелого человека, которого выделял смуглый цвет лица.

Словообразовательная модель здесь типична для украинских и белорусских прозвищ: основа глагола или имени существительного плюс суффикс -ыг-. Такой суффикс придает слову оттенок фамильярности и бытовой простоты, он характерен для прозвищ, а не для официальных именований. Фамилия закрепилась в форме, которая не склоняется по типичной русской модели на -ов/-ин, что указывает на ее западнорусское или украинское происхождение.

География фамилии подтверждает эту версию. В Книге памяти Омской области есть запись о бригадире по строительству моста Смарыге Павле Васильевиче, родившемся в 1897 году в деревне Пиленово Невельского уезда Витебской губернии. Это важная деталь: Витебщина — территория, где украинские и белорусские говоры переплетались, а фамилии с таким суффиксом встречаются как раз на стыке этих культур. Переселение в Сибирь в конце XIX — начале XX века было обычным делом, так что след омского бригадира вполне объясним.

Какая из версий правдоподобнее? Скорее всего, основная — от «смарувати». Прозвища по профессии или характерному занятию возникали чаще, чем по цвету кожи или привычке пить воду. К тому же глагол «смарувати» давал более активный образ: человек, который мажет, белит, приводит в порядок жилище. Версия с загаром возможна, но она описывает внешний признак, который легче было заменить другим прозвищем, а вот мастеровой человек оставался Смарыгой надолго.

В современном русском языке фамилия не имеет прозрачной этимологии, поэтому ее носители часто не догадываются о связи с малярным делом. Но если копнуть глубже, то за ней виден портрет трудяги, который не боялся испачкать руки, — и это, пожалуй, самая честная история, которую можно рассказать о предках.