Фамилия Сорочьев в своей основе хранит память о мирском имени Сорочий. До крещения Руси и ещё несколько столетий после него имя, данное при рождении, часто было не церковным, а «природным». Родители могли назвать сына Волком, Белкой, Соловьём или Сорочьим, веря, что так ребёнок станет «своим» для окружающего мира и перенянет у выбранного существа его лучшие черты — ловкость, звонкость голоса или, в случае сороки, живость и яркость.

Однако не стоит спешить с единственным выводом. Вторая, не менее правдоподобная версия связывает фамилию не с именем, а с прозвищем. Сорокой в народе издавна называли болтливого, говорливого человека, который стрекочет без умолку. Если прозвище Сорочий закреплялось за взрослым человеком, то его дети и внуки по законам русской ономастики получали фамилию Сорочьев — то есть «сын Сорочьего».

Словообразовательная модель здесь проста и типична для русских фамилий: к основе Сорочь- (от притяжательного прилагательного «сорочий») добавили суффикс -ев, указывающий на принадлежность роду. Интересно, что в написании сохранился мягкий знак перед суффиксом, что встречается реже, чем формы Сорокин или Сорочкин, и делает фамилию более архаичной на вид. Впрочем, в старых документах можно встретить и вариант без смягчения — Сорочев, что говорит о колебаниях в произношении и записи.

Какая из версий вернее? Обе имеют право на жизнь. Имя Сорочий действительно встречается в старинных русских грамотах, но прозвища по поведению были распространены не менее широко. Возможно, в разных ветвях рода фамилия возникла независимо: у одних предков — от имени, у других — от прозвища. Точный ответ дала бы только глубокая родословная роспись конкретной семьи, но в любом случае фамилия Сорочьев — это живая связь с миром птиц и народных наблюдений за ними.