Фамилия Танитров — редкая и неочевидная с точки зрения происхождения. С первого взгляда кажется, что в её основе лежит какое-то тюркское или восточное имя, но это не так. Скорее всего, перед нами результат искажения (переосмысления) более старой фамилии или прозвища, а точный корень — предмет спора.

Самый правдоподобный путь: фамилия образована от прозвища Тан(ь)итр. В русских говорах слово «танитр» не зафиксировано, но можно предположить, что это фонетический вариант слова «танитра» — устаревшего названия красителя (индиго, синяя краска). В таком случае прозвище Танитр мог получить красильщик тканей или торговец красителями. Суффикс -ов указывает на принадлежность: «сын Танитра» или «из семьи Танитра». Модель типична для русских фамилий XVI–XVII веков, когда прозвища, связанные с ремеслом, активно переходили в фамилии.

Вторая версия, менее вероятная, — связь с греческим именем Танаис (древнее название Дона). Но тогда фамилия скорее звучала бы как Танаисов или Танаитов. Форма «Танитров» подозрительно напоминает результат «народной этимологии»: когда непонятное слово (например, фамилия Таниров или Танаиров) переделали под более привычное окончание -тров, по аналогии с Петров, Дмитров. Возможно, предок носителя был выходцем из мест, где говорили на смеси русского и тюркских языков, и фамилия претерпела несколько изменений.

География фамилии узкая. Основные носители встречаются в центральной России и Поволжье, что косвенно подтверждает версию о красильном ремесле: в этих регионах в XVIII–XIX веках работали красильные мануфактуры. В дворянских родословных Танитровы не значатся, что указывает на крестьянское или мещанское происхождение.

Что касается ударения: в фамилии оно падает на второй слог — Тани́тров. Встречающиеся варианты написания с одной «т» (Таниров) — результат описки или упрощения, но исходная форма с двумя «т» устойчивее.

Итог: если вы Танитров, ваши предки, скорее всего, были ремесленниками, связанными с окраской тканей, либо получили прозвище по месту жительства или занятию, которое со временем обросло новыми звуками. Фамилия редкая, и её разгадка лежит не в «красивом» корне, а в бытовой, рабочей истории.