Фамилия Текелиев — одна из тех, где основа говорит о многом, но не сразу. В её центре лежит слово «теке», которое в тюркских языках (особенно в карачаево-балкарском, кумыкском, ногайском) означает «козёл», а точнее — «горный козёл». Это не просто животное, а устойчивый образ: в степи и горах козёл — символ выносливости, упрямства, способности карабкаться по отвесным скалам. Прозвище Теке мог получить человек с похожим характером, внешностью (например, с бородкой клинышком) или же тот, кто пас коз и славился этим ремеслом.

Суффикс «-ли» в основе «Текели» — характерный тюркский формант со значением обладания: «имеющий козла», «козлиный», а в переносном смысле — «владелец коз», «пастух». Таким образом, Текели — это прозвище или родовое имя, которое закрепилось за человеком или целой семьёй. Русский суффикс «-ев» (а не «-ов») указывает на то, что фамилия оформлялась в среде, где мягкая основа требовала именно такого окончания. Это типично для фамилий, возникших у народов Северного Кавказа, особенно у балкарцев и карачаевцев, где фамилии на «-ев» (Кудаев, Байрамуков, но Текелиев) — обычное явление.

Географически фамилия Текелиев наиболее плотно привязана к Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии. Встречается она и в среде кумыков, и у ногайцев, но именно в балкарской ономастике прослеживается чёткая модель: родоначальник получал прозвище Текели («козопас» или «похожий на козла»), а его потомки становились Текелиевыми. В документах XIX века, при переписях и составлении посемейных списков, тюркские имена и прозвища адаптировали к русской паспортной системе, добавив фамильный суффикс.

Интересна и другая, менее очевидная версия: в некоторых тюркских диалектах «теке» могло быть личным именем-оберегом. Дать ребёнку имя, означающее «козёл», — практика, знакомая многим кочевым народам: считалось, что злые духи не позарятся на такого «некрасивого» человека. В этом случае фамилия Текелиев восходит не к прозвищу, а к древнему антропониму, который со временем превратился в фамилию.

В целом, Текелиев — фамилия с прозрачной внутренней формой, указывающая на тюркские корни носителя и на связь с горно-пастушеским бытом. Она не получила широкого распространения за пределами Кавказа, поэтому каждый её носитель с высокой вероятностью может проследить свою родословную до определённого ущелья или аула.