Фамилия Тизин — одна из тех редких русских фамилий, чья форма ставит в тупик даже опытного ономаста. В ней нет привычных патронимических суффиксов -ов, -ев или -ин, которые обычно указывают на отчество. Вместо этого мы видим окончание -ин, но основа Тизин не похожа на крестильное имя (Тизий, Тит, Тихон). Это значит, что перед нами, скорее всего, прозвищная фамилия, образованная от слова, которое вышло из живого употребления или сохранилось только в местных говорах.

Наиболее вероятная версия связывает фамилию с диалектным глаголом «тизить» или «тезить». В северных и сибирских говорах «тизить» означало «говорить невнятно, мямлить, тянуть слова», а также «медлить, делать что-то неспешно». Прозвище Тизя или Тизин могли дать человеку с медленной речью, вялым характером или тому, кто работал не торопясь. В пользу этой версии говорит характерный суффикс -ин, который в русских фамилиях часто крепится к основам, оканчивающимся на -а/-я (Тизин < Тизя). Суффикс -ин здесь не отчества, а притяжательный: «чей?» — «Тизин сын», то есть сын Тизы.

Менее распространённая, но не исключённая гипотеза — происхождение от тюркского имени или прозвища. В татарском и башкирском языках есть слово «тиз» (быстрый, скорый). Форма «Тизин» могла бы означать «быстрый, проворный». Однако для тюркских заимствований в русских фамилиях более типичны суффиксы -ов/-ев, а -ин встречается реже. Поэтому диалектная русская версия выглядит более надёжной, но полностью сбрасывать со счетов тюркский след не стоит — особенно если фамилия бытует в Поволжье или на Урале.

География фамилии Тизин узкая. В основном она встречается в центральных и северных областях России, а также в Забайкалье, куда в XIX веке переселялись крестьяне из Вятской и Пермской губерний. В дореволюционных метрических книгах Тизины записаны в основном как крестьяне и мещане. Среди них не было дворян или купцов первой гильдии — это фамилия простых людей, ремесленников и землепашцев.

Таким образом, фамилия Тизин — это либо «медлительный говорун», либо, с меньшей вероятностью, «быстрый» человек из тюркской среды. Её редкость и нестандартная морфология делают её ценным объектом для изучения живой диалектной речи, а не искусственных книжных форм.