Фамилия Токишин — один из тех случаев, когда на слух она кажется почти тюркской, а по структуре оказывается чисто русской, «пришитой» к восточной основе. Разберёмся, что здесь первично.

Главная загадка — корень «Ток-». Скорее всего, в основе лежит тюркское слово «ток» — сытый, обильный, полный. В тюркских языках (татарском, казахском, башкирском) это не просто состояние, а прозвище: Ток — человек, который не знает нужды, упитанный, крепкий, а иногда и просто богатый. Прозвище Ток давали либо ребёнку, родившемуся в сытый год, либо взрослому с заметной внешностью. Другая версия, менее вероятная, — от тюркского «ток» (камень) или «токы» (удар, стук), но первая гипотеза убедительнее: прозвища по достатку и внешности — один из самых частых источников фамилий.

Дальше — чисто русская механика. К основе «Ток» добавили фамильный суффикс -ин: Токин. А затем, по модели, характерной для волго-уральского региона (где русские и тюркские фамилии часто соседствуют), к уже готовой фамилии прирос ещё один суффикс — -иш-. Получился Токишин. Эта модель («основа + ин + иш + ин») редкая, но встречается: скажем, фамилия Булыгин от тюркского имени Булык, или фамилия Чаплыгин. То есть Токишин — это вторичная фамилия, образованная от первичной фамилии Токин. Предок, которого звали Ток, стал Токиным, а его потомки — Токишиными. Суффикс -иш- здесь, скорее всего, имеет пренебрежительно-уменьшительный оттенок, как в словах «парнишка», «домишко», — то есть «маленький Токин» или «сын Токина».

Географически фамилия тяготеет к Поволжью и Приуралью. В татарской среде распространена фамилия Токин, а её русифицированная форма Токишин — типичный пример того, как русская фамильная модель накладывалась на тюркское прозвище в зоне межэтнического контакта. Носители могли быть как крестьянами (прозвище по внешности не указывает на ремесло), так и служилыми людьми — в XVI–XVII веках в Казанском крае много «новокрещенов» (крещёных татар) получали фамилии по старым прозвищам.

Итог простой: фамилия Токишин означает «потомок Токи» (где Ток — сытый, крепкий человек), а её уникальность — в двойном русском суффиксе, который намертво «пришил» тюркское прозвище к восточнославянской фамильной системе.