Фамилия Тоткайло на первый взгляд звучит непривычно для русского уха, но в её основе лежит вполне ясная и древняя логика именования. Скорее всего, перед нами застывшая форма старинного литовского имени, которое образовалось из двух корней: tauta — «народ» и gaila — «сила». Сложив их, получаем имя со значением «народная сила» — звучное, исполненное достоинства прозвище, которое когда-то мог носить человек, выделявшийся мощью или пользовавшийся авторитетом среди соплеменников.

Такая модель образования характерна для древней балтской антропонимии, где двухосновные имена были правилом, а не исключением. Со временем полное имя в бытовой речи сократили и переосмыслили, добавив характерный суффикс. Формант -айло (в русской передаче -айло) часто указывает на носителя признака: он как бы «наделён» тем, что названо в корне. В сочетании с основой это даёт оттенок «тот, кто обладает народной силой».

Интересно, что фамилия сохранила литовское звучание, но при этом обрусела по форме, что типично для западных регионов, где веками жили рядом балтские и славянские племена. В пограничье такие имена не были редкостью: их записывали по звучанию, не всегда задумываясь о точной этимологии. Поэтому в написании могли встречаться варианты — Тоткайло, Таткайло, Тоткайла, — но смысл оставался прежним.

Слабое место этой версии — отсутствие прямых письменных свидетельств о бытовании именно такого имени в древних литовских метриках. Однако альтернативные объяснения выглядят куда менее убедительными. Связывать фамилию с русским глаголом «тоткать» (если таковой вообще существовал в диалектах) или с прозвищем от слова «тётка» мешает именно суффикс: он слишком явно тянется к балтской традиции, а не к славянским уменьшительным формам.

Сословной принадлежности первых носителей мы точно не знаем. Но судя по тому, что фамилия не получила дворянской приставки и не встречается в родословных книгах, предки Тоткайло, вероятнее всего, были крестьянами или мещанами. Для них имя-оберег, подчёркивающее связь с родом и землёй, имело особый смысл: называя сына «народной силой», родители словно желали ему здоровья и уважения окружающих.

Сегодня фамилия редкая, и её носители разбросаны по разным регионам. Но каждый из них, сам того не ведая, хранит в фамилии отголосок балтской древности — память о тех временах, когда имя могло звучать как обет и характеристика одновременно.