Фамилия Тотров (осетинская форма — Тотратæ) напрямую восходит к мужскому имени Тотыр, а то, в свою очередь, — к имени одного из божеств осетинского пантеона. Речь идет о Тотыре, которого почитали как покровителя волков. В традиционной картине мира волк олицетворял храбрость, победу и заботу о пропитании — качества, которые древние считали важными для воина и добытчика. В нартском эпосе волк выступает грозой чертей и темных сил: герой Сауай был вскормлен волчицей, а Сослан стал неуязвимым после того, как выкупался в волчьем молоке. Так что имя, ставшее основой фамилии, несло в себе мощный защитный и героический подтекст.

Существует любопытная гипотеза о том, как языческое имя могло видоизмениться. Исследователи предполагают, что имя божества Тотыр исказили по аналогии с именем христианского святого Феодора Тирского, которому, по преданию, повиновались волки. В пользу этой версии говорит и совпадение календарных дат: праздник в честь Тотыра приходился на начало Великого поста, когда церковь вспоминает Феодора Тирского. Так народное сознание связало древний культ с христианским образом, что, вероятно, и закрепило форму имени в том виде, в каком мы ее знаем.

Словообразовательная модель здесь проста и прозрачна: к основе Тотыр присоединили патронимический суффикс -ов, который в русской традиции указывает на принадлежность роду. Потомок человека по имени Тотыр со временем превратился в Тотрова — так фамилия закрепилась и вошла в обиход. Форма Тотратæ в осетинском языке отражает множественное число и показывает, что речь идет о целом роде, а не об одном человеке. Эта деталь отличает фамилию от множества других русских патронимов, где связь с личным именем со временем стерлась, — здесь же она сохранилась почти без потерь. Фамилия редкая, и ее носители, скорее всего, имеют прямое отношение к осетинской культурной среде, где память о древних верованиях и эпосе до сих пор жива.