Фамилия Цецорин напрямую связана с прозвищем Цецора, которое, в свою очередь, восходит к названию деревни Цецора на правом берегу Прута, неподалеку от румынских Ясс. Это не просто географическая отсылка: место известно трагическим сражением 1620 года, которое во многом определило судьбу Речи Посполитой и оставило след в памяти нескольких народов.

Историческая канва такова. Польный гетман коронный Станислав Жолкевский, рассчитывая на поддержку молдавского господаря Грациана, выступил против турецкой армии всего с 8400 бойцами. Силы были неравны: Искандер-паша привел 10 тысяч янычар и 25 тысяч татар, а вспомогательный отряд Грациана оказался ничтожным — всего 600 всадников. После неудачного боя 20 сентября военный совет принял решение отступать, но панику усилило бегство некоторых командиров, включая Стефана Хмелецкого. У гетмана осталось лишь 4300 человек, с которыми он начал героический марш к польской границе, отбиваясь от превосходящих сил. Трагедия разыгралась 6 октября в нескольких верстах от Могилева на Днестре: внезапное замешательство в лагере позволило туркам ударить, многих перебить или взять в плен. Сам Жолкевский пал в бою. Позже на месте гибели гетмана поставили четырехгранную колонну-памятник, простоявшую до второй половины XIX века.

Именно с этим событием и связана фамилия. Прозвище Цецора мог получить человек, либо участвовавший в той битве, либо живший в окрестностях деревни и носивший «географическое» имя по месту жительства. Обе версии правдоподобны, но первая — с привязкой к военному походу — выглядит убедительнее: прозвища участников походов и сражений часто закреплялись за ними в среде служилых людей, а затем передавались потомкам.

Словообразовательная модель здесь прозрачна. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Цецорин — «сын Цецоры», «тот, кто из рода Цецоры». Фамилия относится к древнему пласту русских и польско-украинских фамилий, образованных от прозвищ без дополнительных патронимических суффиксов вроде -ович или -ский. Стоит заметить, что в польской традиции аналогичная фамилия звучала бы как Цецорский (от топонима с суффиксом -ский), тогда как форма Цецорин — более восточнославянская, «упрощенная», что говорит о возможной миграции носителя прозвища в русскоязычную среду или об адаптации фамилии при переходе из польского контекста.

В целом фамилия редкая и несет отчетливый отпечаток конкретного исторического эпизода начала XVII века, когда границы Речи Посполитой, Молдавии и Османской империи сталкивались в кровопролитных конфликтах. Потомок человека с прозвищем Цецора, даже не зная подробностей, хранит в своей фамилии память о тех событиях.