Фамилия Циглинова — редкий случай, когда в основе, скорее всего, лежит не имя или профессия, а прозвище, связанное с внешностью, походкой или даже игрой слов. Корень «цигл-/цыгл-» отчётливо перекликается с диалектным глаголом «цыганить» (клянчить, выпрашивать) или с названием птицы — «цыглик» (так в некоторых говорах называют чижа или щегла из-за характерного «цикающего» пения). Однако самая прямая версия ведёт к слову «цыглый» или «циглый» — в южнорусских и украинских говорах так говорили о человеке худом, тощем, жилистом. Прозвище Цигла (или Цыгла) могли дать долговязому, сухощавому парню, а потом оно закрепилось за его детьми.

Суффикс «-ин» указывает на форму притяжательного прилагательного: «чей?» — Циглинова, то есть дочь или жена Циглина. Мужской вариант — Циглинов — образован по той же модели. Такие фамилии на «-ин» типичны для северных и центральных областей России, но корень «цигл-» выдаёт южное или западнорусское происхождение предка. Возможно, носители фамилии переселились с территорий современной Брянщины, Курщины или Беларуси, где слово «цыглы» в значении «худой» было в ходу.

Интересно, что фамилия не попала в массовые списки дворянских родов или купеческих гильдий — это верный признак крестьянского или мещанского корня. Скорее всего, первый Циглин был лично свободным крестьянином или ремесленником, которого в документах записали по прозвищу. В написании через «и» (Циглинов, а не Цыглинов) прослеживается влияние книжной, церковной традиции: в старой орфографии после «ц» часто писали «и» там, где в говоре слышалось «ы». Так фамилия получила более «грамотное» звучание, оторвавшись от просторечного цыганского или птичьего корня.

Если сравнивать с однокоренными, то Циглинов стоит в одном ряду с Цыгановым, Цыпляковым, Цыкуновым — все они образованы от прозвищ, описывающих внешность или манеру поведения. Но в отличие от них, Циглинов встречается крайне редко, что делает её локальным маркером: если вы встретили человека с такой фамилией, велика вероятность, что его предки жили в узком ареале — например, на границе Смоленской и Калужской областей, где сохранились старые диалектные формы.