Фамилия Тютюньков — это наглядный пример того, как прозвище, данное человеку по привычке или занятию, закрепилось за его потомками. В её основе лежит слово «тютюн» — так в южнорусских говорах и украинском языке называли табак. Отсюда и прозвище Тютюнёк, которое, скорее всего, носил заядлый курильщик либо, что не менее вероятно, человек, выращивавший и продававший табачное сырьё.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: прозвище Тютюнёк с уменьшительно-ласкательным суффиксом -ёк- дало основу для фамилии с типичным русским патронимическим суффиксом -ов. То есть Тютюньков буквально означает «сын Тютюнька». Такая цепочка — от нарицательного слова к прозвищу, а затем к фамилии — была самой распространённой на Руси, и в этом смысле фамилия не уникальна по форме, но интересна по корню.

Интересно, что слово «тютюн» не исконно славянское. Оно пришло из тюркских языков, где обозначало дым или табачный лист. Это говорит о том, что прозвище возникло не раньше, чем табак появился в обиходе восточных славян, то есть примерно в XVII веке. До этого времени подобной фамилии просто не могло существовать. В некоторых диалектах «тютюном» могли называть и болтуна, пустомелю, но эта версия менее убедительна: основное значение слова всегда было связано с табаком.

Не стоит забывать и о варианте написания через «е» — Тютеньков. Такое чередование гласных в безударной позиции — частое явление в народной этимологии, когда написание подстраивалось под произношение. Поэтому при поиске предков стоит учитывать оба варианта, иначе можно пропустить нужные документы.

Точное время и место возникновения фамилии установить сложно. Прозвища такого типа появлялись в разных регионах независимо друг от друга, и фамилия могла возникнуть одновременно в нескольких семьях, не связанных родством. Говорить о конкретной местности можно только после обращения к архивным документам, например, к ревизским сказкам или исповедным ведомостям. Но в любом случае Тютюньковы — это потомки людей, которых окружающие запомнили по их отношениям с табаком: либо по ремеслу, либо по слабости, которая в те времена не считалась пороком, а была просто бытовой деталью.