Фамилия Ваньгушин — редкий случай, когда основа, скорее всего, не имеет отношения ни к имени Ваня, ни к глаголу «ванькать» (качать, валять). Главная загадка здесь — первый слог «Вань-», который вводит в заблуждение. На деле фамилия образована от прозвища Ваньгуша, а оно, в свою очередь, — от диалектного слова «ваньга», которое в северных и сибирских говорах означало «коряга, суковатое бревно, топляк» или, в переносном смысле, «неповоротливый, неуклюжий человек». Такое прозвище могли дать медлительному, грузному мужчине или, наоборот, тому, кто жил у реки и промышлял сплавом леса.

Суффикс «-уша» в русских прозвищах часто придаёт оттенок ласкательности или, наоборот, пренебрежения (ср. «Ванюша» — от Ваня, но «толстуша» — от «толстый»). В случае с «ваньгой» он мог смягчать грубоватую характеристику: Ваньгуша — не просто «коряга», а «коряжка, неловкий, но свой». Фамильный суффикс «-ин» указывает на принадлежность: «чей?» — Ваньгушин, то есть сын Ваньгуши. Это типичная модель для русских фамилий от прозвищ, оканчивающихся на -а/-я.

Географически фамилия тяготеет к Русскому Северу и Уралу. В переписных книгах XVII–XVIII веков встречаются крестьяне с прозвищем Ваньга в Вологодской и Архангельской губерниях. В отличие от фамилий Ваньков или Ванюков, которые почти всегда восходят к имени Иван, Ваньгушин стоит особняком. Если ваш предок носил эту фамилию, он, вероятно, был жителем северной деревни, возможно, помором или крестьянином, чей облик или профессия дали повод для меткого прозвища. Других версий, кроме «ваньги», у этимологов нет — попытки связать её с тюркскими корнями или с украинским «ваньгувати» (шататься) выглядят натянутыми и не подкреплены ареалом распространения фамилии.