Фамилия Вотчицева — редкая и с неочевидной основой, что делает её особенно интересной для разбора. На первый взгляд в ней слышится слово «вотчина» — наследственное земельное владение в Древней Руси. Такое сходство не случайно, но прямой связи с землевладением у фамилии, скорее всего, нет.

Словообразовательная модель указывает на притяжательный суффикс -ев, характерный для русских фамилий, образованных от прозвищ или имён, оканчивающихся на мягкий согласный или -й. Основа «Вотчиц» — это, вероятнее всего, прозвище. Ономасты предполагают, что прозвище Вотчиц могло произойти от слова «вотчич» — так в древности называли наследника, законного владельца вотчины, сына вотчинника. В таком случае прозвище давали человеку, который подчёркивал своё право на наследство или, напротив, иронично именовал себя «вотчинным» хозяином, не имея на деле больших владений.

Впрочем, возможна и другая, более прозаичная версия. В северных и центральных говорах русского языка встречалось слово «вотчий» или «вотчим» — в значении «отчим», неродной отец. Прозвище Вотчиц могли дать ребёнку, оставшемуся без отца и воспитанному отчимом, или же человеку, который сам был отчимом. Подобные «семейные» прозвища (по положению в доме) были распространены в крестьянской среде.

Суффикс -иц в основе прозвища — уменьшительный или указывающий на принадлежность (ср. «молодица», «сестрица»). Это делает прозвище Вотчиц неформальным, внутрисемейным, что типично для сельской ономастики. Фамилия Вотчицева — женская форма, мужской вариант — Вотчицев.

Географически фамилия встречается крайне редко. По данным открытых источников, основные следы ведут в центральные и северные области России, где исторически были сильны вотчинные традиции и сохранялась архаичная лексика. Встречаемость низкая, что говорит о локальном происхождении — возможно, от одного прозвища в конкретном селе или волости.

Таким образом, носитель фамилии Вотчицева может с высокой вероятностью вести род от человека, которого в своей среде называли «вотчицем» — либо наследником, либо пасынком, либо человеком с соответствующим характером. Однозначно выбрать одну версию сложно, но обе они укладываются в логику русских прозвищ XV–XVII веков, когда фамилии только начинали закрепляться.