Фамилия Якымчук — характерный пример западной модели образования фамилий, а именно украинской. В её основе лежит имя Якым, которое является народной формой канонического имени Иоаким. Само имя Иоаким древнееврейского происхождения и означает «поставленный Богом» или «Бог воздвигает». На украинской почве имя претерпело фонетические изменения: начальное «Ио» перешло в «Я», а мягкое «м» закрепилось в форме «Якым». Эта фамилия распространена преимущественно в западных областях Украины — Волыни, Галичине, Подолье, а также среди потомков украинских переселенцев в Беларуси и Польше.

Ключевой элемент — суффикс -чук. В украинской ономастике это один из самых продуктивных патронимических суффиксов, указывающий на «сына» или «потомка». По своему значению он близок к русским фамилиям на -ов/-ев, но с чёткой региональной привязкой к центральным и западным землям Украины. Таким образом, Якымчук — это буквально «сын Якыма». Если бы фамилия формировалась по восточноукраинской модели, она звучала бы как «Якыменко»; если бы по польской — как «Якимович». Вариант на -чук говорит о том, что предок носителя фамилии жил в зоне влияния волынского или галицкого диалекта.

В отличие от многих русских фамилий, которые закрепились в XVI–XVII веках за боярами и служилыми людьми, украинские фамилии на -чук массово оформились позже — в XVIII–XIX веках, когда крепостное право на Украине было слабее, а казацкая вольница требовала точной идентификации. Поэтому предки Якымчуков, скорее всего, были не дворянами, а свободными крестьянами, казаками или мещанами. Имя Якым (Иоаким) в народной среде было очень популярным, поэтому фамилия встречается нередко, но не настолько массово, как, скажем, Ковальчук или Шевчук.

Интересно, что в документах XIX века встречаются варианты написания «Якимчук» и «Якымчук». Буква «ы» в корне — не ошибка, а отражение реального произношения в некоторых говорах, где звук [и] после твёрдых согласных переходит в [ы]. Поэтому написание с буквой «ы» — не прихоть, а диалектная норма, зафиксированная в паспорте. Фамилия Якымчук — редкий случай, когда орфография сохранила живую фонетику XIX века.