Фамилия Янкавцев — редкий пример того, как географический вариант произношения и особенности местных говоров закрепились в официальном родовом имени. Её основа — имя или прозвище Янка, которое в свою очередь является западнославянской или белорусской формой имени Ян (Иван). В белорусском и польском языках Янка — это ласкательный вариант, соответствующий русскому Ваня. Фамилия образована по типичной восточнославянской модели: к основе Янкав- добавился патронимический суффикс -цев, указывающий на принадлежность («чей?» — Янкавцев, то есть сын Янкава). Впрочем, здесь мы видим не прямой суффикс -ов, а более сложную конструкцию: Янкав- + -цев. Это указывает на то, что первоначально существовала промежуточная форма — отчество Янкав, то есть «сын Янка». А уже от этого отчества образовалась фамилия с суффиксом -цев: буквально «потомок Янкава».

Ключевая особенность фамилии — суффикс -цев, а не более привычный -ов. В русской ономастике фамилии на -цев обычно происходят от прозвищ или названий, оканчивающихся на -ец (например, Кузнец → Кузнецов, но реже — Кузнецев). Однако здесь основа Янкав- не заканчивается на -ец. Это говорит о том, что фамилия могла возникнуть в среде, где была сильна традиция образования фамилий через притяжательное прилагательное с последующим добавлением -цев для указания на родство, что характерно для некоторых регионов Беларуси и западных областей России. Встречаются однокоренные фамилии Янков, Янкевич, Янковский, но Янкавцев стоит особняком из-за этого редкого суффиксального оформления.

Географически фамилия Янкавцев тяготеет к зоне белорусско-русского пограничья — Смоленщине, Брянщине, а также к Псковской области. В этих краях аканье (произношение «Янкав» вместо «Янков») было нормой, и письменная фиксация фамилии отразила именно живое произношение. Предок носителя фамилии мог быть крестьянином или ремесленником, которого в быту звали Янка — уменьшительное от имени Ян. В отличие от фамилий, образованных от полных церковных имён, Янкавцев несёт на себе отпечаток неформального, деревенского обихода: в документах имя записывали так, как слышали в речи, без привязки к церковнославянской норме.