Фамилия Зазнобов — одна из тех, что хранят в себе живое русское слово, почти ушедшее из повседневной речи. Её основа — «зазноба». В современном языке это слово имеет резко негативный оттенок (о женщине лёгкого поведения), но в древнерусских говорах и в народной поэзии «зазноба» означала совсем другое: сердечную боль, страсть, любовную тоску, а также самого предмета воздыхания — любимого человека. «Зазнобушка» — ласковое обращение в песнях и сказках.

Фамилия образована по стандартной патронимической модели: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей?» — сын Зазноба). Значит, родоначальник Зазнобовых носил прозвище Зазноба. Кто мог так прозвать? Скорее всего, не женщину, а мужчину. В крестьянской среде прозвища часто давались по характеру или поведению. Если парень был влюбчивым, ходил «зазнобившись» по девкам, или если его самого кто-то сильно любил — за ним могло закрепиться такое прозвание. В некоторых диалектах «зазнобиться» означало «влюбиться до страдания», «заболеть сердцем». Таким образом, первый Зазноб — это человек, который «зазнобил» чьё-то сердце, или, наоборот, сам был «зазноблён» (томим любовью).

Менее вероятна, но возможна связь с глаголом «знобить» (морозить, вызывать озноб). В этом случае прозвище Зазноба мог получить зябкий, мерзлявый человек. Однако в пользу «любовной» версии говорит то, что слово «зазноба» с этим значением фиксируется в памятниках XVII века, а фамилии на -ов в основной массе сложились именно в XVII–XVIII веках. В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» подобные прозвища отвлечённых понятий (типа Злоба, Нелюб, Забава) разбираются как характеристика поведения, а не ремесла.

Географически фамилия Зазнобов встречается нечасто, но её очаги — традиционные территории русского севера и центра (Вологодская, Костромская, Нижегородская области), где диалектная лексика сохранялась дольше. Встречаются и варианты написания: Зазнобин (с суффиксом -ин, от той же основы), а также Зазнобов с одной буквой «б» — но это уже искажение при записи.

Так что, если вы Зазнобов, ваши предки получили фамилию не от ругательства, а от прозвища, которое в старину звучало почти поэтично: «тот, кого любят до дрожи».