Фамилия Земцовская (или Земцовский) — одна из тех, что хранит в себе сразу несколько ключей к прошлому. В её основе лежит прозвище Земец, а значит, разговор о фамилии логично начать не с географии, а с того, кем был первый носитель этого прозвища.

Слово «земец» в древнерусских говорах имело два основных значения. Первое — социальное: земцем называли человека, владеющего землёй, то есть крестьянина-собственника, а не арендатора или батрака. Второе — профессиональное: в некоторых диалектах так именовали пасечника, пчеловода. Оба варианта вполне объяснимы: пчелиный улей или пасека часто были «земельным» промыслом, привязанным к конкретному участку. Какая из версий верна для конкретной ветви Земцовских — сегодня сказать трудно, но обе указывают на оседлый, хозяйственный уклад жизни предка.

Ключевая деталь — суффикс -ский. В отличие от простых русских фамилий на -ов/-ев, которые часто образовывались от имени отца (Земец → сын Земцов), форма на -ский характерна для западнославянских и восточнославянских земель, находившихся под влиянием польской или литовской традиции. Это типичный признак украинских, белорусских и польских фамилий. В Польше, например, фамилии на -ski изначально были дворянскими, указывали на владение поместьем (от названия имения). Однако в Беларуси и на западе Украины этот суффикс со временем распространился и на крестьянские фамилии, став просто маркером региона. Таким образом, фамилия Земцовский могла оформиться на землях Великого княжества Литовского или Речи Посполитой.

Модель образования проста: прозвище Земец → притяжательное прилагательное Земцов (чей?) → фамилия Земцовский (ср. Ивановский, Петровский). То есть основа та же, что и у более частотной фамилии Земцов, но с другим суффиксальным оформлением. Именно этот суффикс -ский делает фамилию менее распространённой, но более «географически привязанной» к определённой культурной зоне.

О точном времени возникновения фамилии сказать сложно: процесс шёл несколько столетий, с XV по XVIII век. Однако можно предположить, что окончательно фамилия закрепилась не раньше XVII века, когда на западнорусских землях началась массовая фиксация фамилий в церковных метриках и реестрах.