Фамилия Жемеля — одна из тех, что ставит исследователя перед выбором между несколькими версиями, и каждая по-своему убедительна. Словообразовательная модель здесь нестандартная: окончание -я, а не привычные -ов или -ин. Это указывает на то, что фамилия могла закрепиться в форме прозвища или исходного имени, не прошедшего через типичную «патронимическую» обработку. Скорее всего, перед нами украинская или белорусская фамилия, где такие формы встречаются чаще, чем в великорусских землях.

Самая прямая версия выводит фамилию из украинского «жемеля» — это диалектное название шмеля. В некоторых говорах так могли называть крупного, мохнатого или жужжащего человека, а возможно, и того, кто занимался бортничеством — сбором меда диких пчел. Прозвища по насекомым в славянской ономастике не редкость: ср. Бджола (пчела), Овод, Комар. В пользу этой гипотезы говорит и то, что корень легко встраивается в ряд украинских фамилий на -еля, например, Бомеля или Гребеля.

Вторая версия, более спорная, связывает Жемелю с литовским žemė — «земля». Если это так, то прозвище могло относиться к крестьянину, земледельцу или человеку, который «прирос к земле». Литовский след возможен, учитывая, что на территории современной Беларуси и западных областей Украины веками жили балтские народы, и фамилии с корнем Жем- там встречаются (Жемайтис, Жемчужников — последний, впрочем, из другой оперы). Но для -еля в литовском языке нет типичного суффикса, поэтому эта версия слабее: скорее всего, Жемеля — это славянское переосмысление какого-то балтского слова, а не прямой перенос.

Наконец, не стоит сбрасывать со счетов возможность, что Жемеля — это вариант фамилии Жемелин или Жемель, где конечное -я появилось в результате адаптации в украинской среде. В польских и белорусских метриках можно найти формы типа Żemela, что подтверждает географию: фамилия бытует в основном в западных регионах Украины, на Волыни, а также в Польше и Литве. В России она редка, встречается единично, чаще всего у потомков переселенцев с запада.

Какой бы версии ни держаться, ясно одно: основатель рода Жемеля получил своё прозвище не от абстрактного понятия, а от живого, бытового наблюдения — либо за насекомым, либо за землёй, которую он обрабатывал. Это типичная для простонародья модель, где фамилия рождалась из повседневного опыта, а не из книжных слов.