Фамилия Жеволуп — редкая и звучная, её происхождение сразу бросается в глаза при разборе по составу. В основе лежит глагольная конструкция: «жевать» и «луп» (от «лупить», то есть бить, драть). Получается прозвище, которое могло означать «тот, кто жуёт, да ещё и дерётся» — скорее всего, человек с грубоватым, неуживчивым нравом, которого остерегались задирать. В русской традиции прозвища-предложения (типа Гуляйполе, Держиморда, Сорвиголова) давали за яркую черту поведения, и Жеволуп — один из таких примеров.

Словообразовательная модель здесь нестандартная. Суффикс отсутствует — фамилия застыла в форме чистого прозвища, без типичных -ов, -ин или -ский. Это указывает на её возможное украинское или южнорусское происхождение: в украинской ономастике фамилии без суффиксов (Жеволуп, Непийвода, Забейда) встречаются чаще. В русских говорах подобные формы тоже бытовали, но реже и обычно в крестьянской среде, где прозвище могло закрепиться за родом без изменений.

Споров вокруг корня почти нет. Версия о связи с «желудком» или «желудёвым лупом» (лущёным желудём) маловероятна: слово «жеволуп» не фиксируется в словарях диалектов как название инструмента или еды. Прозвищная модель «глагол + существительное» (жевать + луп) — самый прямой и лингвистически прозрачный путь. Единственная альтернатива — если «луп» понимать как «лубяная кора» (лупок), и тогда прозвище могло означать «жуёт кору» (в голодные годы), но это уже экзотика.

Географически фамилия встречается в основном на западе России и в восточной Украине, по данным современных телефонных справочников и баз ЗАГСов — в Белгородской, Курской, Ростовской областях. Носители, скорее всего, потомки крестьян или казаков, у которых прозвище передалось по наследству как фамилия в XIX веке, когда прошла массовая фиксация фамилий. Сословная принадлежность не прослеживается — дворянских родов с такой фамилией не известно.

Известных исторических носителей нет, что типично для редких прозвищных фамилий. В советское время фамилия могла сократиться или измениться при переездах, но в исходной форме сохранилась до наших дней как любопытный памятник бытовой наблюдательности предков.