Фамилия Жунисбаева — яркий пример казахской ономастической модели, проникшей в русский языковой обиход через суффикс -ев (а). В русской традиции этот суффикс, наряду с -ов и -ин, является стандартным патронимическим показателем, указывающим на принадлежность роду. В самой казахской среде фамилия звучала бы как Жунисбайқызы (дочь Жунисбая) или, в русифицированной форме, осталась без изменений, но с окончанием -а для женщин.

Основа фамилии — составное мужское имя Жунисбай. Оно, в свою очередь, делится на две части. Первая — «Жунис» — это казахская и тюркская форма арабского имени Юнус (библейский Иона, пророк в исламе). Вторая часть — «бай» — один из самых распространенных компонентов в тюркских именах, означающий «богач», «господин», «хозяин» или, в более широком смысле, «состоятельный человек», «влиятельный». Таким образом, имя Жунисбай можно перевести как «богатый, как Юнус» или «господин Юнус», что подчеркивало пожелание достатка и уважения к религиозному смыслу имени.

Суффикс -бай в казахских именах в прошлом был не просто украшением. Он часто указывал на социальный статус рода или на то, что имя давалось с надеждой на благополучие. До революции такие имена были распространены среди разных слоев, но особенно часто встречались в среде зажиточных скотоводов и аксакалов. Женская форма фамилии с окончанием -а (Жунисбаева) закрепилась в советское время при паспортизации, когда все казахские фамилии были приведены к единому русскому шаблону.

Географически фамилия Жунисбаева наиболее характерна для южных и западных регионов Казахстана, особенно для Кызылординской и Мангистауской областей, где имя Юнус (и его варианты) традиционно популярно. Встречается она и в среде казахской диаспоры в России (в Астраханской, Оренбургской областях), но значительно реже.

С точки зрения словообразования, эта фамилия стоит в одном ряду с такими, как Аманбаева, Даулетбаева, Есенбаева. Все они построены по одинаковой модели: личное имя с компонентом «бай» плюс русский суффикс принадлежности. Разница лишь в первой части: у Жунисбаевой она отсылает к пророческому имени, что делает фамилию не просто родовым знаком, а своеобразным напоминанием о религиозном контексте в имени предка.