Фамилия Зокина — яркий пример того, как простое прозвище, данное когда-то одному человеку, закрепилось в роду и превратилось в фамилию. Она образована по самой распространённой в русском языке модели: от основы на -а, -я с помощью суффикса -ин. Это означает, что прародительницу носительниц фамилии звали Зока, а её дети и внуки стали Зокиными. Мужской вариант фамилии — Зокин.

Разбираем основу. Слово «зока» — не каноническое церковное имя, а, скорее всего, уличное прозвище. В русских говорах у него два основных значения. Первое, наиболее вероятное — «зока» происходит от глагола «зокать», то есть «цокать», «чвакать», издавать звук при еде. Так могли прозвать человека с неаккуратной манерой есть или, в переносном смысле, неряшливого, неопрятного. Второе значение встречается в северных и сибирских диалектах: «зока» — это тот, кто постоянно зовёт, кличет, надоедает просьбами. Такое прозвище давали назойливому, докучающему человеку.

Интересно, что фамилия Зокин (и Зокина) встречается не повсеместно, а имеет заметную географическую привязку. По данным переписей и архивных записей, она наиболее характерна для Поволжья, в частности для Ульяновской и Самарской областей, а также для некоторых районов Урала. Это позволяет предположить, что фамилия могла возникнуть в среде крестьян-старообрядцев или государственных крестьян, которые переселялись в эти края в XVIII–XIX веках. В отличие от дворянских фамилий на -ский, Зокина — типично крестьянская, «простая» фамилия, рассказывающая о быте и характере предка, а не о его владениях.

Встречается и альтернативная, менее правдоподобная версия: связь с тюркским словом «зок» (корень, корешок). Но она слабая, так как суффикс -ин в таком случае указывал бы на принадлежность к конкретному человеку с таким прозвищем, а не на географический объект. К тому же в русских говорах диалектное «зока» звучит убедительнее.

Таким образом, фамилия Зокина — это не загадка, а живая история из жизни предка. Её носительница могла быть дочерью или женой того самого «зоки» — человека, которого в деревне прозвали за его привычку цокать или надоедать. И хотя со временем прозвище потеряло свой первоначальный смысл, оно сохранилось в фамилии, став родовым именем.