Фамилия Абажур — редкая и необычная, и её происхождение вызывает закономерный вопрос: как французское слово, означающее плафон или колпак для лампы, стало русской фамилией? Ответ кроется не в прямом заимствовании, а в прозвищной традиции. В XIX веке, когда абажуры вошли в быт дворянских и купеческих домов, это слово было модным и узнаваемым. Прозвище Абажур могли дать человеку, который торговал такими товарами — ламповщику или мастеру по изготовлению плафонов. Однако более вероятно, что прозвище носило ироничный, бытовой характер: так могли окрестить высокого и худого человека (по ассоциации с длинным и узким колпаком) или, наоборот, кого-то с пышной, торчащей прической или одеждой, напоминающей абажур.

С точки зрения словообразования, фамилия Абажур стоит особняком. Она не имеет типичных русских суффиксов -ов, -ин, -ский, которые указывали бы на принадлежность к роду (чей сын?). Это так называемая «прозвищная» фамилия, застывшая в форме именительного падежа. Такие фамилии чаще встречались в среде духовенства или в купечестве, где прозвища могли давать по случайным, но запоминающимся признакам. В отличие от большинства русских фамилий, которые формировались от крестильных имён или названий профессий, Абажур — пример позднего, книжного или даже искусственного прозвища, возникшего в городской среде.

В ономастических справочниках эта фамилия не фиксируется как массовая, что подтверждает её редкость. Если обратиться к географии, то носители фамилии Абажур встречаются в основном в крупных городах России — Москве, Санкт-Петербурге, что косвенно подтверждает её «городское» происхождение. Споров о корне здесь почти не возникает: единственная версия — от французского abat-jour, что в переводе означает «приглушающий свет». Альтернативные гипотезы, связывающие фамилию с тюркскими или финно-угорскими корнями, выглядят натянутыми, так как фонетика слова не имеет аналогов в этих языках.

Таким образом, предки носителя фамилии Абажур, скорее всего, были людьми, так или иначе связанными с городским бытом и модой — возможно, ремесленниками или торговцами, а само прозвище закрепилось за ними из-за внешней или профессиональной особенности, подмеченной окружающими. Это яркий пример того, как случайное, на первый взгляд, слово может стать родовым именем.